Учёные обнаружили закономерности в наскальной живописи эпохи палеолита в Кантабрийском регионе
Анализ более 500 изображений, найденных в девяти пещерах Магдаленской эпохи в районе Бискайского залива между Испанией и Францией, показал, что наскальная живопись палеолита не была случайным набором символов. Исследование, проведённое Иняки Интсаурбе из Университета Страны Басков и Университета Бордо, выявило устойчивые закономерности в том, как древние люди сочетали изображения животных и знаков. Результаты указывают на существование организованной символической структуры, которую автор работы сравнивает с примитивной формой визуальной грамматики.
Долгое время археологи спорили о природе пещерного искусства. Одни считали его результатом магических или ритуальных действий, другие предполагали наличие системы значений и правил. Новое исследование опирается на математические методы и сетевой анализ, что позволило отказаться от субъективных интерпретаций и изучать изображения как элементы единой структуры, а не как отдельные произведения.
В основу работы легли данные из девяти пещер, включая Сантимаминье, Лументса, Атсурра, Экаин, Альтсерри и другие. В анализ были включены более 500 фигур, включая изображения бизонов, лошадей, козлов, оленей, птиц, рыб, а также антропоморфные образы и абстрактные символы в виде линий, точек и геометрических знаков. Исследователи исключили слишком неопределённые изображения, чтобы избежать искажений при анализе.
Методика исследования основывалась на построении сетей совместного появления мотивов в пределах так называемых панелей — отдельных участков пещерных стен, которые рассматриваются как единицы композиции. Учёные анализировали, какие образы чаще встречаются вместе, как они распределяются и какие связи между ними являются наиболее устойчивыми. Для этого применялись статистические методы, включая нормализацию данных и построение графов связей.
Результаты показали, что изображения образуют две основные группы. Первая включает крупных травоядных животных, таких как бизоны, лошади и козлы, которые играют центральную роль в структуре композиций и часто выступают «узлами» системы. Вторая группа объединяет абстрактные символы и менее распространённых животных, таких как рыбы и птицы, которые выполняют вспомогательную роль и дополняют основные композиции.
Анализ также выявил наличие иерархии между мотивами. В наиболее упрощённой модели центральное положение занимает бизон, вокруг которого выстраиваются связи с другими животными и символами. Лошадь и козёл формируют отдельные ветви структуры, а абстрактные знаки связывают различные элементы композиции, выступая в роли переходных символов.
Дополнительно исследователи изучили ориентацию и положение фигур. Оказалось, что расположение изображений также подчиняется закономерностям: бизоны и козлы чаще направлены влево, а лошади — вправо. Кроме того, различается и положение фигур: лошади преимущественно изображались горизонтально, тогда как бизоны могли быть наклонены или ориентированы вертикально, что указывает на наличие устойчивых художественных правил.
Отдельное внимание было уделено структуре панелей. Учёные установили, что повторение одних и тех же мотивов не меняет базовую организацию системы, а лишь усиливает её элементы. Это говорит о том, что древние художники следовали не просто выбору сюжетов, а определённым принципам их сочетания и размещения.
Исследователи также отмечают, что структура остаётся устойчивой даже при изменении параметров анализа или исключении части данных. Хотя относительное положение отдельных животных может меняться, общая система, включающая бизона, лошадь и козла как ключевые элементы, сохраняется.
Авторы работы подчёркивают, что целью исследования не является расшифровка конкретного значения символов, а выявление внутренних правил их организации. Полученные результаты показывают, что палеолитическое искусство могло представлять собой сложную систему визуальной коммуникации с элементами структурной «грамматики».
Исследование в журнале Journal of Archaeological Method and Theory.